Человек, у которого все есть

20 лет назад мы впервые отметили день рождения Марка вместе. Ну как вместе - в нашей тогдашней совместной манере: Марк был в Чикаго, я в Иерусалиме, через месяц была назначена свадьба, но ни 8 часовых поясов, ни океан между нами не отменяли чувства, что мы вместе.
В тот день я написала в своем Живом Журнале поздравление и повесила фотографию с нашей первой встречи в Израиле -

У Марика сегодня день рождения!

Ни выходки женских особ,
Ни вирусов злобная стая
Тебя не загонят во гроб.
Живи, веселясь и блистая!

С днем рождения, Маркуш!

А подарок ко дню рождения я подарила заранее - привезла в Италию книгу, собранную из нашей переписки до первой встречи.

Двадцать лет спустя попытки семьи придумать дельный подарок рухнули с треском, споткнувшись о невозмутимое "Мне ничего не надо, у меня все есть". Честно говоря, поспорить с этим трудно: все действительно есть, а Караваджо на Амазоне не продается.
Вечером наступал Йом Кипур, и вместе с большинством причастых по всему миру мы отправились слушать "Коль Нидрей". Но до вечера мы отлично отпразновали день рождения Марка.

Именинник пожелал провести день в художественном музее, а то у нас там две выставки еще не осмотрены. И мы поехали.

Мари Кассат дружила с импрессионистами, писала пухлощеких младенцев на руках у матерей и интересовалась японской литографией. 

Младенцы с матерями показались довольно скучными, практически в духе соцреализма.

Литографии были интереснее. Но творчеству Кассат не хватало самобытности, хотя было приятно, что детская тема привела на выставку немало семей с малышами. Одна девочка громко объясняла своей бабушке, что вот на этой картинке нарисована она сама, а рядом ее сестренка. Это явно украшало картину в моих глазах. 

На следующей выставке с самобытностью было все в порядке. Виллем де Кунинг много экспериментировал, пробовал себя в разных техниках, материалах и идеях. Хотя его эстетика мне не очень близка, но энергия и художественная неугомонность впечатляют.

В отделе античного искусства, куда мы и не планировали идти, но завернули просто потому, что очень уж там прекрасно, я сфотографировала стасую молодого сатира. Наши дети с младенчества отчего-то ее очень любили и всякий раз обсуждали между собой. Эта картинка просто стоит перед глазами: маленький Йони что-то эмоционально объясняет сестрам около этой скульптуры.

Тем временем в город пришла осень. С утра шел дождь, город, по своему обыкновению, верхушками растворился в тумане, и вид из окна музея был художественным и сравним с его экспозициями.

На обед были заказаны суши. Долгая жизнь вместе радует предсказуемостью. Точно известно, что на завтрак должен быть кофе и сыр, работу нужна курочка с рисом, на праздничный стол - суши.

Про торт я тоже понимала заранее, но на всякий случай спросила какой. Марк ожидаемо ответил, что маковый. Дальше был чудесный, тоже суперхарактерный диалог:
- Ты хочешь маковый торт или пирог?
- Торт.
- Торт - это с кремом.
- Не, с кремом не хочу. Хочу много мака.
- Тогда пирог? Основа их теста и посередине мак?
- Нет, такое не хочу. Хочу торт, но завернуть.

Правильный ответ:

Если кто не понял: "торт и завернуть" = "маковый рулет".

Йони был едиственным, кто догадался, что порадует человека, у которого все есть. Конечно, если этот человек - папа студента из университета Миннесоты!

До ста двадцати с улыбкой и любовью к музеям и к нам!